Фантастика и Фэнтези - Страница 210

Одиннадцать наследников Династии собрались в ореховой гостиной, чтобы начать сложный разговор о дальнейшей судьбе королевства Фиан. Кто из них должен занять освободившийся трон: одни из семерых родных детей покойного короля, его младший брат, умудренный сединами влиятельнейший герцог, или кто-то из его, герцога, сыновей?

Искуснейшие маги плетут таинственные интриги. Могущество членов семьи Династии велико, поэтому так трудно каждому из них, действующему поодиночке, понять, кто именно из них совершает одно за другим кровавые убийства в погоне за короной. А убийства начались прямо на Совете Семьи, в ореховой гостиной Дворца…

«Геноцид», безусловно, хорош. Есть в нем изысканность жесткого интеллигентского пессимизма. В отличие от бесчисленных романов, в которых человечество походя разбирается с нахальными пришельцами, без стука вламывающимися в наше жизненное пространство, «Геноцид» рисует картину прямо противоположную: нахалы, вломившиеся в наше жизненное пространство (и дошедшие в своей наглости до того, что даже не сочли нужным предстать перед читателями), походя разбираются с человечеством. Автору приходится собрать весь свой гуманизм, чтобы уберечь от немедленной гибели небольшое стадо homo sapiens, которые и становятся действующими лицами романа. Описанная в романе ситуация явно перекликается с «На берегу» Невила Шюта. Отличие в том, что Диш позволяет своим героям упрямо не верить в скорую гибель. Эта же иллюзия на протяжении всей книги довлеет и над читателем (несмотря на то, что размеры стада homo sapiens неотвратимо уменьшаются). Для рецензента, который не имел возможности прочесть оригинал, так и осталось загадкой: была ли эта иллюзия сознательно встроена в роман автором или же появилась в результате мягкосердечия переводчиков? Исходя из общего настроя «Геноцида» можно предположить, что Диш старался соорудить как можно более «темный» роман. Он мог позволить себе развесить во мраке китайские фонарики, но предпринял все, чтобы герои видели их только издалека. И мне кажется (а я основываюсь на опубликованном переводе), именно это он и сделал. Фонарики в переводе остались. Пропала невозможность покинуть тьму. Пропала именно потому, что автор добивался этой невозможности только и исключительно стилистикой текста, которую переводчики не сумели сохранить.

Томас М. Диш — один из самых странных и необычных авторов в американской фантастике. Его романы и рассказы: `Геноцид`, `Эхо плоти твоей`, `Сто две водородные бомбы` и `Касабланка` — не только интереснейшие образцы `speculative fiction`, то есть фантастики`новой волны`, но и просто высокохудожественные произведения, `прошитые` литературными реминисценциями и постоянными отсылками к общекультурным ценностям.

Первое правило контрабандиста: «Скорость — твой лучший друг».

Второе правило контрабандиста: «Не зарывайся — заработаешь больше, проживешь дольше».

Третье правило контрабандиста: «Забудь обо всех правилах»…

Когда надеяться не на что — остается надежда на Сэма Мак-Кейда. На лучшего из космических «охотников за наградами». На живую легенду сотен и тысяч миров.

Кто вернет Империи похищенную таинственную реликвию? Кто вступит в неравный бой с армией космических пиратов? Кто предотвратит кошмар межпланетной войны?

Сэм Мак-Кейд. Наемник, которому платят за совершение невозможного...

Когда надеяться не на что — остается надежда на Сэма Мак-Кейда. На лучшего из космических «охотников за наградами». На живую легенду сотен и тысяч миров.

Кто вернет Империи похищенную таинственную реликвию? Кто вступит в неравный бой с армией космических пиратов? Кто предотвратит кошмар межпланетной войны?

Сэм Мак-Кейд. Наемник, которому платят за совершение невозможного...

Есть во Вселенной планета — благополучная и гостеприимная. Она может стать долгожданным приютом для бродяг далекого космоса. Но на пути к обретению дома слишком много препятствий...