Попаданцы - Страница 610

Я нырнул в реку в двадцать первом веке, а вынырнул в восемнадцатом. В одних трусах, без документов и денег. Деревенский староста сдал меня в рекруты вместо своего сынка, и вот я уже стою перед строем, привязанный к ружью, а по спине бьют шпицрутенами.

Сто ударов за снятый парик. Добро пожаловать в русскую императорскую армию.

Я не привык, чтобы меня держали за бесправную скотину. Я знаю, что будет дальше: Гросс-Егерсдорф, Цорндорф, взятие Берлина. Только в учебниках не написано, доживу ли я до этого момента.

Из рекрута — в офицеры. Из грязи — в дворяне. Через кровь, муштру и порох. А премьер-майор Рамзай ответит за мою изувеченную спину.

Алексей Кириллов погиб, спасая рабочего. Очнулся — в 1987 году. Снова восемнадцать лет. Молодость. Гостиница «Юность». И повторяющийся один и тот же день. Снова и снова 26 июля . Петля времени. Вокруг — СССР, который не отпускает: комсомол, очереди, видеосалоны, КГБ, Перестройка. А ещё — девушки, которые смотрят так, что забываешь, зачем хотел выбраться. Алексей не святой. Он — продукт нашего времени: немного эгоист, раздолбай, человек, который хочет всё и сразу. Он быстро понимает, что петля времени даёт много возможностей. Но ему придется прожить не одно 26 июля 1987 года, чтобы понять: некоторые удовольствия — это ловушка. А его действия имеют последствия.

Первый год войны позади. Гросс-Егерсдорф окончился победой на поле боя и позорным отступлением из Пруссии, а я получил капральские галуны и новые проблемы на свою голову.

Впереди - Цорндорф.

Девятнадцатого ноября сорок второго за Доном встаёт гул, которого в городе не понимает никто. Иван Петрович понимает: он помнит эту дату из учебника, который здесь ещё не написан. До второго февраля семьдесят пять дней, и месяц из них Волга не пропустит ни лодку, ни машину.

Дальше всё переворачивается. Три месяца он учил своих встречать того, кто входит в дверь. Теперь входить придётся ему, а встречать будут его, и полторы секунды в проёме работают на того, кто ждёт.

По ту сторону стены сидит человек той же профессии. Он собирает под одну скрепку всё, что остаётся после чужой работы: дробь в упор, вскрытые печные стояки, схемы под копирку без подписи составителя. Фамилии там нет и не будет. Он выводит в углу карты печатными буквами «Учитель» и понимает, что искать автора уже поздно.

Иван Петрович по-прежнему знает о штурме всё. Просто теперь это знает не он один.

Тебе по случаю досталась машина времени, переносящая в лето 1941-го. И что ты станешь делать? Откроешь личную вендетту, уничтожая тех, кто нес на нашу землю кровь, смерть и разорение? Заодно обзаводясь трофеями, которые можно выгодно продать в 2026 году? Но можно сделать больше, к примеру, попробовать спасти людей, которых «чистокровные арийцы» уже приговорили к смерти. Но что случится с настоящим, если тем самым ты изменишь историю?..

Работал, работал, строил схемы, прокручивал комбинации, а дел меньше не стало. И дел много, и желающих впиться в горло хоть отбавляй. Но ничего, мы своё возьмём. Сто процентов.

Опер из 1995го, попавший в наше время и ставший школьником, не даст спуску тем, кто был причастен к его смерти, кто его предал и сколотил огромный преступный капитал. Чаша его гнева переполнена и он идёт за негодяями!

Проснуться утром с шикарным красавчиком, звучит не плохо. Правда, если засыпала ты в гордом одиночестве, ситуация уже не кажется такой радужной. А если ещё и кровать не твоя, да и мир совершенно другой, это уже проблема.