Детективы и Триллеры - Страница 483

В книгу вошли двенадцать рассказов Агаты Кристи, объединенных в авторский сборник «Гончая смерти». Самый знаменитый рассказ сборника – «Свидетель обвинения» – был переделан в пьесу. Одноименный фильм-экранизация этого рассказа/пьесы был снят в 1957 году и считается одним из лучших детективных фильмов в истории кино. Главную роль в фильме исполнила великая Марлен Дитрих.

«Я отправился в пятницу утром с Паддингтонского вокзала в приподнятом настроении от предвкушения предстоящих радостей. Вагон был пуст, лишь один человек в противоположном конце сидел ко мне лицом. Высокий, с солдатской выправкой. Я не мог избавиться от впечатления, что где-то раньше видел его. В конце концов я вспомнил. Моим попутчиком был инспектор Бадгворт. Я сталкивался с ним, когда делал серию статей об исчезновении Эверсона…»

«Я отправился в пятницу утром с Паддингтонского вокзала в приподнятом настроении от предвкушения предстоящих радостей. Вагон был пуст, лишь один человек в противоположном конце сидел ко мне лицом. Высокий, с солдатской выправкой. Я не мог избавиться от впечатления, что где-то раньше видел его. В конце концов я вспомнил. Моим попутчиком был инспектор Бадгворт. Я сталкивался с ним, когда делал серию статей об исчезновении Эверсона…»

В первый том «Избранного» Агаты Кристи вошли два величайших произведения английской писательницы, созданные в 1939–1940 гг. «И тогда никого не осталось» и «Занавес. Последнее и величайшее дело Эркюля Пуаро».

Эти романы объединены общей идеей — «Не убий».

«… «Наверняка ничего путного из еды уже не осталось, – сказал он про себя. – Мне везет сегодня!»

Так и случилось: остались только бобы с бараниной. И Джеймс покорно заказал их. Машинально он сунул руку в карман и нащупал там какой-то камешек. Он достал его, и все его заботы вдруг отошли на второй план: он держал в ладони не обычную гальку, а большой зеленый сверкающий камень. И он не мог отвести от него испуганных глаз: нет, это не может быть изумруд, это, наверное, просто осколок бутылки, отшлифованный морем! Да и изумруд не может быть таким большим!

И вдруг ему вспомнилась фраза из газетной заметки: «Знаменитый изумруд раджи Марапуты величиной с голубиное яйцо...» Неужели это он? Изумруд раджи? …»