Слеш - Страница 197

В девятом "А" появление новенького, причём настолько скрытного – то ещё событие. А когда он записывается в кружок лепки из глины, и учитель ставит его в пару к одному из самых жизнерадостных учеников класса, становится совсем непросто. Надо не ударить в грязь лицом на выставке! Только как это сделать, если мальчишки разные? Или всё-таки нет?

Запах прелой травы, солнце печёт в затылок – это всё солнечный удар – помнишь? Затмение нашло, так бывает. В голове сумерки, а ты тонешь в его глазах… глубокое синее море. Ты задыхаешься. Никогда после более сильного кайфа даже от наркоты. Тебе и не надо. Он – твой единственный наркотик... Запах прелой травы. И вкус вишни на губах. Песочные сухие губы со вкусом вишни, а потом ещё долго песок будет хрустеть на зубах, напоминая. Так и останется кинком.

Современное AU. Однажды Бильбо Бэггинса вытаскивают в бар. Ещë одно начало.

Линк должен вернуться на Тлар, но дорога домой не всегда бывает короткой, да и где этот дом, если в жизни оборотней все не так просто.

Семья Тома считала, что его отказ от каких-либо романтических отношений - это нечто ужасное. Они не понимали, что ему не нужны отношения с милыми приличными девочками и мальчиками. И с неприличными тоже. И даже отношения с комнатными растениями его не особенно интересовали, если только нельзя было нацедить с них пару пинт яда. Том опасался, что когда закончатся приличные кандидаты, семья начнет приглашать на ужины окрестных бомжей.

au, в которой Арсений рассказывает историю о том, как всего одно знакомство изменило всю его жизнь, подарив возможность по-настоящему полюбить и ослепнуть от яркости человека, который собой затмил даже его веру. Швеция. Стокгольм. 1980 год.

Кас влюблен в своего друга, но долгие годы скрывает это от Дина, проявляя свои чувства лишь через любую помощь ему. Однако, как же невовремя Винчестер решил поссорится с женой и прибежать за поддержкой к Касу, который взялся за серьезное дело и поимка маньяка для него важнее проблем Дина.

Когда кажется, что надежды больше нет.

"Конрад любил лепить мужское тело. Лоуренс сразу определил его в нетрадиционный лагерь, как только узнал об этом — да и ещё до школы отец всегда смеялся над ним и краснел, когда кто-то видел, что его сын лепил.

Но для Конрада красота мужского тела была абстрактной, оторванной от сексуальных подтекстов. Когда он работал, перед глазами его стояли фотографии скульптур Донателло и Микеланджело, где каждая чёрточка дышала жизнью и особой, естественной красотой."

История о молодом шотландском скульпторе, который попадает в цепкие лапы работорговцев. История о жестокости, раскаянии и любви.