Проза - Страница 544

Несмотря на многократные заявления в том духе, что литература для него — только вид коммерции, Борис Виан (1920-1959) с самого начала своей литературной деятельности воспринимался в артистической среде Парижа как один из самых ярких представителей французского авангарда, подтвердив эту репутацию принесшим ему славу романом «Пена дней» (1947). Еще годом раньше вышел в свет роман «Я заплюю ваши могилы», подвергшийся впоследствии запретам, как и еще две книги, включая «Мертвые все одного цвета» (1947). Виан выдал это произведение за перевод из наследия американского мастера «жестоких» детективов Вернона Салливена. Эта маска потребовалась Виану, поскольку во Франции его книги производили слишком шокирующее впечатление предельной откровенностью, с какой изображена люмпенская среда огромного города. Преобладающая в романах Виана установка на абсолютную достоверность картины, где все названо своими именами, органично соединена в этой остросюжетной прозе с философской проблематикой бунта против жалкого человеческого удела, вызова бытующим представлениям о морали и самоутверждения личности, стремящейся создать для себя ситуации, которые требуют мобилизации всех духовных сил и готовности к гибели во имя сохранения свободы выбора и поступка. В западной литературе XX века Виан занимает место между Генри Миллером и Альбером Камю, сочетая договаривающий все до конца фактографизм с интеллектуальной насыщенностью, отличающей французскую прозу. Его книги, оставаясь популярными в самых разных читательских кругах, давно признаны современной классикой.

Это второй, после «Я заплюю ваши могилы», роман, вышедший в 1948 году под псевдонимом «Вернон Салливен», осужденный в 1950 и отправленный на костер вместе с первой книгой. В высшей степени характерное для Салливена произведение: роман, отвергнутой по соображениям морали, граничащей с глупостью.

Секс, кровь, смерть — как в любой великой книге, заслуживающей уважения.

И много остроумия — ведь книга написана Борисом Вианом.

Книга антивоенной направленности с мрачным, кровавым юмором.

Тема войны необычна для Виана. Это была поздняя реакция на рассказы друзей и своеобразная месть за смерть отца.

«На свете есть только две вещи, ради которых стоит жить: любовь к красивым девушкам, какова бы она ни была, да новоорлеанский джаз... все остальное — одно уродство».

А — что же тогда не есть уродство? Истеричные, надерганные богемные кабаки Парижа? Твердые ругательства затянутых в черное «джазовых девушек» и гениальный бред полупьяных великих музыкантов? «Пена дней» выступает на поверхности Латинского квартала. И снимают эту пену — немногие посвященные...

Исчезнувший в 39 лет Борис Виан успел побывать инженером, изобретателем, музыкантом, критиком, поэтом, романистом, драматургом, сценаристом, переводчиком, журналистом, чтецом и исполнителем собственных песен... Время отводило на все считанные секунды.

Роман «Сердцедер» (1953) был задуман Вианом еще в 1947 году, он относится к основной части творческого наследия писателя.

Сегодня его творчество органично входит в общий контекст XX века. Влияние оспаривается, наследие изучается, книги переиздаются и переводятся. Пустое место между Жаком Превером и Аленой Роб-Грийе заполняется. Виан признан классиком интеллектуального китча, ярким представителем послевоенного французского авангарда.

В основе романа история жестокой мести «белого негра» (то есть метиса с ярко выраженными чертами белого человека), Ли Андерсона, за линчевание и убийство его младшего брата с темной кожей, который посмел ухаживать за белой женщиной. В отместку Андерсон соблазняет двух юных дочерей богатого плантатора и затем, поведав им историю брата, умерщвляет сестренок. Герой уходит живым от преследования полиции.

Вот такой роман под именем Вернона Салливена появляется на прилавках парижских книжных магазинов в ноябре 1946 года, и, наверное, этот роман спокойно бы канул в Лету, разделив судьбу американских «оригиналов», если бы в феврале следующего года бдительный председатель французского общества «Морального и общественного действия» не подал на автора (точнее сказать, на переводчика, коим значился Борис Виан) в суд за оскорбление общественной нравственности. Судебный процесс, который затронул болезненную не только для Америки, но и Франции тему расизма, вызвал большой интерес общественности и, не нанеся Виану морального вреда, принес ему косвенно большую материальную выгоду: роман «Я приду плюнуть на ваши могилы» был распродан в количестве 120 000 экземпляров

Гор Видал хорошо известен российскому читателю как автор "Американской трилогии" – исторических романов "Бэрр", "1876 год", "Вашингтон, округ Колумбия", а также литературной биографии "Линкольн". Действие романов "Майра" и "Майрон", написанных в жанре сатирической комедии, разворачивается в Голливуде в разгар кризиса, переживаемого "фабрикой грез" из-за наступления телевидения и общего экономического спада в стране. Страстно преданная идеалам "золотого века" американского кино, главная героиня Майра Брекинридж стремится осуществить свой план спасения Голливуда, а вместе с ним и вообще человечества, которое погибнет, если не откажется от фальшивых норм морали и благопристойности. Видал, хорошо знающий Голливуд, где он успешно сотрудничал в качестве сценариста и даже пробовал себя в актерском амплуа, в свойственной ему ироничной манере оценивает события, происходящие в США 1960-1970-х годов, не отказывая себе и своим читателям в удовольствии вновь посмеяться над современными нравами американского общества.

В номере отеля, в самом центре Рима, в двух шагах от Пантеона, голая женщина рассматривает своё отражение в зеркале. Словно Шехерезада из Тысячи и одной ночи, женщина начинает своё повествование, обращаясь к мужчине. Она рассказывает историю любви, их любви, но это вполне может быть повествованием о другой любви, о другом мужчине. Её память воскрешает историю во всех деталях: рождение страсти, желание самоотречения, готовность посвятить себя ему целиком, встреча с жестокостью, разочарованием и неприязнью. История, подобная исповеди, но бесстрастная, словно геометрия, загадочная, словно архитектура языческих времён.