Современная проза - Страница 659

Что мы знаем о современной школе? Или даже так: что мы знаем о современной школе – после Гай Германики и Алексея Иванова, у которого географ глобус пропил?

Булат Ханов – новый голос поколения – последовательно развивает тему, уже во втором подряд романе обращаясь к отношениям преподавателей и учеников. Выпускник филфака МГУ Роман едет в Казань, чтобы устроиться в школу учителем русского и литературы и поставить над собой эксперимент: как долго сможет молодой специалист протянуть в обычной школе?

Финал эксперимента и предсказуем, и неоднозначен… Ад просачивается в человека малыми дозами. Но что человек может противопоставить этому аду?..

На первый взгляд брак Гали был похож на сказку: заботливый муж-итальянец, дом среди живописных пейзажей, чудесная дочь… Но в реальности Галя сталкивается с домашним насилием и встает перед трудным выбором: смириться или бежать, не имея ни работы, ни знакомых, и рискуя потерять самое дорогое, что есть в жизни матери…

У Аниты всё наоборот: крепкий брак, удачно складывающаяся карьера и уютное жилье. Однако знакомство с Галей помогает распознать опасные звоночки в собственной, казалось бы, идеальной семье…

Роман основан на реальных историях.

«Беги» – это социальная драма Лидии Давыдовой, которая правдиво отражает упорство женщин, преодолевающих непростые ситуации в чужой стране. Книга заставляет задуматься, к чему может привести замалчивание, отрицание, а также выученная беспомощность и отсутствие интеграции. Через истории нескольких героинь автор показывает, что даже в самых сложных обстоятельствах есть выход.

«Читать этот роман больно, но как же захватывающе! Правдивая история о любви и ненависти, дружбе и отчаянье, мужестве принимать сложные решения и удары судьбы. А еще – о смелости разозлиться и сказать: „Со мной так нельзя“, нарушить молчание жертвы и разорвать путы насилия и зависимости. Ода всем хрупким женщинам со стальным стержнем внутри, которые ищут свободу от страха, а обретают самих себя». – Ольга Примаченко, автор бестселлера «К себе нежно»

Агата Ласселс – молодая аристократка с острым умом и язвительным языком. Она только что унаследовала родовое поместье после смерти отца. Казалось бы, впереди только траур и хлопоты по хозяйству. Но мир оказывается непредсказуемым: в городе убита гадалка, а в преступлении обвиняют нового друга Агаты. И ей приходится брать расследование в свои руки. В перчатках, разумеется.

В попытках докопаться до истины Агата сталкивается с тайнами прошлого, чужой ложью и собственными демонами.

Перед нами — захватывающе прекрасная проза одного из корифеев современной датской литературы. Режиссер документального кино внезапно получает секретный блокнот друга, умершего при странных обстоятельствах. Блокнот с подсказками. В этой странной смерти оказывается замешана крупнейшая медицинская организация, испытывающая лекарства на людях: кто-то хочет сократить рождаемость детей в странах Третьего мира... Но как это доказать главному герою? Как прекратить? Как при этом выжить и снять свой лучший фильм? Социальная острота, мастерски закрученный сюжет, прозрачность и фирменный динамизм стиля — перед нами яркий образец скандинавского текста (вспомним известную в России прозу Питера Хега). «Прекрасно, безумно и ужасающе. Читать обязательно... Литературный деликатес».

Как обрести смысл жизни в ежедневных гонках за собственным счастьем? Как разорвать «дурную безконечность» однообразных буден и приобщиться с высшим смыслам бытия? Именно такие задачи решает герой романа Петра Георгиевича Паламарчука «Ивановская горка» велогонщик Ваня-Володя, само место обитания которого — один из семи сакральных московских холмов, — причудливой волей автора обращено в своеобразную машину времени, легко пронзающую все эпохи и царства. Вступив единожды в поток истории, герой романа вынужден постоянно делать нравственный выбор на её развилках и завихрениях, познавая на малом — чуть менее квадратной версты, — пятачке московской земли всю историю Государства Российского в миниатюре. Особенно приятно будет познакомиться с романом Петра Паламарчука всем истинным москволюбам; ведь глубина исторического знания Автора о Златоглавой, его подлинная любовь к предмету изучения, прекрасный русский язык повествования делают путешествие по московскому холму вместе с ним незабываемым и радостным приключением. Итак, отправляемся в путь... ...и приятного чтения! Отсканировано с издания: Пётр Паламарчук, «Свиток. Сборник прозы», Издательство «Паломникъ», М., 2000 г., сс. 245–440. OCR: SweetBear, 2019.

Некоторые ситуации, которые происходят с нами в жизни, навсегда меняют нас – делают сильнее, взрослее, мудрее. Сейчас модное слово есть такое – трансформируют. То есть до ситуации и после неё мы уже разные люди.

До – один человек, после – другой. А сама ситуация застыла в янтаре времени и не меняется. Она – такая, какая уже случилась, и другой не будет. Это может быть какое-то масштабное жизненное событие, а может быть какой-то случайный диалог, в котором каждое слово вошло так глубоко, что ты замер, проживая свой инсайт. Какие-то дни – просто янтарная крошка, а какие-то – настоящие огромные янтарики.

Но у каждого из нас есть такие метафорические бусы на шее. «Мой мир никогда не будет прежним!» – восклицаем мы, пережив очередной янтарик. И живём следующий день уже немножко иначе, с учётом полученных новых знаний.

Эта книга – целая россыпь рассказов- янтариков.

Каждый рассказ повествует о какой-то ситуации, которая разделила жизнь героя на до и после. И о том, как герой заметил свой янтарик. Или не заметил. И что с ним сделал или не сделал. Что выбрал забрать с собой в своё завтра.

Нино Кецховели живёт в роскошной квартире на Фонтанке: муж-полковник, двое сыновей, любовник и хроническая усталость от жизни.

В поисках выхода она приходит к гипнотерапевту, но путешествия в подсознание таят опасность.

История Нино – это и драма любви, и психологический эксперимент, и путешествие по мифологическому Петербургу, где реальность и воображение сплетаются до неразличимости. Грузия, Россия, три десятилетия жизни и один вопрос: можно ли вырваться из круга собственных воспоминаний?

«После этой книги нужен либо секс, либо психотерапевт». – Алексей Жидковский

«Полноценная женщина не ищет опору, чтобы стать сильной. Она сама – та сила, которую ищут все.

Здесь – и хлёсткий сарказм Петербурга, и самые сокровенные желания. Вы вправе позволить себе всё, чтобы чувствовать себя этой самой – полноценной женщиной.

Смелый. Яркий. Неповторимый. Этот роман не похож ни на что». – Алина Герман, ведущая «Женского клуба» и «Модных игр» на ТНТ, дизайнер, художник по костюмам

«Это – по-грузински горячая история. Путешествие по богемному порочному Питеру – и одновременно по самым сокровенным воспоминаниям героини. Возможно ли противостоять соблазну, когда у тебя есть всё? И почему мы не ценим то, что имеем?

Книга будто подсовывает читателю зеркало и оставляет наедине с вопросами, но не к сюжету – к себе». – Елена Немец, книжный блогер

Пять пугающих историй Марии Марцевой перевернут ваше представление о безопасности в городе! Забудьте о призраках и демонах – настоящий ужас прячется в самых обычных местах. Спуск в метро после полуночи превращается в путешествие без возврата, поездка на такси – в встречу с психопатом, лифт становится ловушкой для жертвы. Обычные люди превращаются в монстров, детские травмы рождают маньяков, а привычная городская инфраструктура скрывает смертельные опасности. Каждая история – это психологический триллер, где технологии становятся орудиями террора, а места реальных трагедий навсегда пропитываются болью. Проводники и паромщики ведут пассажиров не туда, куда нужно, а обслуживающий персонал скрывает страшные тайны. Мария Марцева мастерски показывает: чтобы испугаться по-настоящему, не нужна мистика – достаточно внимательно посмотреть вокруг. Городские кошмары реальнее любых призраков! Иллюстрации автора.

Героиня этой истории привыкла жить в тени своей мамы — актрисы, неудовлетворенной карьерой и жизнью. Папа героини — директор психиатрической клиники. После смерти жены он советует дочери разбить действительность на временные квадратики, чтобы снова контролировать свою жизнь. Перед нами двенадцать таких квадратиков — лаконичных, полных мелочей, и сквозь них просвечивает любовь, которую трудно заметить, но еще труднее высказать.

Для окончательно свободного и окончательно одинокого «экзистенциального» человека прощение – трудная работа. Трудная не только потому, что допускает лишь одну форму ответственности – перед самим собой, но и потому, что нередко оборачивается виной «прощателя». Эта вина становится единственной, пусть и мучительной основой его существования, источником почти невозможных слов о том, что прощение – и беда, и прельщение, и безумие, и наказание тела, и ложь, и правда, и преступление, и непрощение, в конце концов. Движимая трудной работой прощения проза Полины Барсковой доказывает этими почти невозможными словами, что прощение может быть претворено в последнюю доступную для «экзистенциального» человека форму искусства – искусства смотреть на людей в страшный исторический мелкоскоп и видеть их в огромном, спасающем приближении.