Современная проза - Страница 669

Марк – тот, кого обычно не замечают. Он привык молчать и не задавать лишних вопросов. Но когда его одноклассник говорит: «На меня нельзя кричать!» – Марк вдруг понимает, что и на него нельзя. Что его невозможно заставить делать то, чего он не хочет. И именно он, Марк, должен сказать об этом вслух.

И тогда Марк, который ещё вчера стеснялся отвечать перед классом, решает создать музыкальную группу. Ему есть что сказать. И даже выкрикнуть – и одноклассникам, и взрослым, и всему миру. Музыка уже готова вырваться наружу, а жизнь неожиданно приобретает бунтарский зелёный оттенок.

5 причин купить книгу «Зелёный»:

• Живая и честная история о подростке, который боялся говорить вслух;

• Актуальная тема самооценки и личных границ;

• Повесть о том, кто впервые решил сказать “нет”;

• Музыка и новый образ помогают главному герою взглянуть на себя и других по-новому;

• Новая книга Аси Кравченко, лауреата международной премии Крапивина и премии им. Корнея Чуковского.

Писательница Нина Дашевская о книге «Зелёный»:

Книгу Аси Кравченко «Зелёный» я начала читать ещё до того, как она была закончена. И мне сразу невероятно понравилось – Марик, который не умеет отвечать на уроках, и считает, что надо терпеть – а то будут ругать. И Лёша, который говорит: «нет, это ненормально, и я так не хочу».

Лёша разбудил Марика, как декабристы Герцена (действие происходит на Воробьевых горах, где живут Марк и Лёша, и Герцен с Огаревым тут же упоминаются). Нет, они не собираются ничего свергать. Они просто хотят играть музыку, которую хотят. Где хотят. Без согласования. Потому что могут. И Марк вдруг понимает, что он – поэт.

И ещё понимает многое про Лену, которая, казалось бы, только мешается рядом. И – очевидно больше взрослых он понимает про своего смешного дядю Дюшу, неустроенного гения математики.

Зелёный тут – символ прорастающего нового. С нами так нельзя; мы так не хотим. И ведь они хотят очевидно хорошего; и хорошо, что есть взрослые, которые их поддерживают. И плохое – тоже есть.

«Обвинять маму было, конечно, нечестно. Она же ничего не сделала. Именно. Она просто ничего не сделала. Но не только она ничего не сделала, никто ничего не сделал. А кто мог что-то сделать? А что он мог сделать? Он, Марик».

Автор обложки Алина Юфа.

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

Конец эпохи. Эпохи больших надежд, грандиозных мечтаний, титанических трудов, благородных устремлений. Была ли эта эпоха прекрасной?

Эвелина - интересная блондинка - мечтала выйти замуж за богатого мужчину. И ей повезло встретить владельца крупной корпорации Жоржа Эванса. Мужчина гораздо старше ее по возрасту предложил заключить гостевой брак. На какие условия согласится девушка и принесет ли ей этот брак счастье?

Диме девятнадцать. Он из обеспеченной семьи банкиров. У Димы есть девушка, друг и лучшая подруга, а его внешность может открыть перед ним любые двери. Казалось бы, жизнь удалась, если бы не одно «но» – Дима не считает все это веской причиной для существования. Комментарий Редакции: Внешнее благополучие обманчиво, это маска, за которой нередко скрываются сильные переживания. Особенно, когда ты юн и не крепко стоишь на ногах, а крепость эта не зависит ни от денег, ни от чего бы то ни было. «Вороны» – роман тонкого психологизма, который помогает найти тот недостающий паззл, возвращающий опоры.

Если вы сели в лифт, это не значит, что выйдете вы в своём времени и пространстве, если вам на двери написали "козёл", это не значит, что вас ненавидят. Старики ходят в гости к утопленницам, а "старухи" беседуют с "эксбиционистами", мертвецы остаются в мире живых, а подростки, как им и свойственно, знакомятся с травлей и одиночеством - но очень причудливо. Мир "ГородоВого" одновременно узнаваем и искажён, современен и архаичен, он говорит на сленге и стилизацией под русских классиков, он разнообразен, но всякий раз очень мал - практически в одной голове. У него разные настроения и формы, но все они перетекают друг в друга, и "поема в рассказах и клочьях" - жанр произведения - намекает на то, что это не сборник, а некое целое. В нём бывает смешно, поэтично, по большей части мрачно, но, если вам близок Гоголь, Хармс, абсурдизм, магический реализм и с современного языка вас не воротит - возможно, есть в этом городе уголок и для вас. И даже - пока вы всего лишь читатель - достаточно безо..

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

Дочь наркоманов воспитывается в благополучной семье, но груз наклонностей, заложенных родителями, отвращает её от общепринятых правил и осложняет жизнь и опекунов

Талантливый парень пытается пробиться в мир литературы, но, кроме друзей и родственников, никто его не поддерживает. Необычное произведение молодого писателя про малиновый век пользуется бешеной популярностью, но только среди своих...

К сорока годам у Веры Редрик было всё, о чём можно мечтать: надёжный муж, двое прекрасных сыновей, любимое дело, приносящее славу и достаток. Её блог «Охотница за интерьерами», выросший из скромных видео о ремонте собственной квартиры, давно покорил топы и превратил Веру в икону стиля и успеха. Казалось, жизнь – это безупречный холст, тщательно выписанный её же руками.

Но со временем яркие краски стали тускнеть, и из-под них проступили трещины. Вера чувствовала, как тихо отдаляется от мужа, как в их привычной близости поселилось молчаливое равнодушие. Она замечала, что из-за бесконечной занятости сыновья становятся для неё почти чужими – мимолётными гостями в её же графике.

А ещё появился Он. Хейтер. Тот, кто видел её жизнь словно на-сквозь – будто сидел в соседнем кресле, пока она строила свой идеальный мир. Он знал всё. Он подмечал каждый её промах, каждую мелкую ложь, каждую искусственно склеенную улыбку – и безжалостно выставлял это на всеобщее обозрение, словно демонстрируя изнанку глянцевой обложки. Он преследовал её не просто как тень – он стал её анти-зеркалом, отражающим не идеальную картинку, а ту самую правду, которую Вера так тщательно скрывала даже от себя.

Все люди когда-то ждут рейс. И особенно приятно его ждать в хорошей компании.

Середина нулевых. В сером моногородке каждый день идет тихая борьба за выживание. Здесь ложь – это способ защиты, доверие – редкая ценность, безысходность – замкнутое пространство, откуда выбраться не представляется возможным ни взрослым, ни будущим выпускникам местной школы. Но есть радиус хрупкости, соединяющий две точки: дочь приезжего инспектора Сеню и ее одноклассника по прозвищу Фрост.

Фрост – изгой среди ровесников. Днем он старается стать невидимым, ночами он ловкий геймер, зарабатывающий деньги. У него есть страшная тайна, которая его мучит. Сеня балансирует на грани нормальности и аутсайдерства. Каждый день ей предстоит решать задачу: вновь предать себя в угоду одноклассникам или найти силы быть собой. Спасает лишь переписка с сестрой в «аське», любимые песни «Animal ДжаZ» и «Сплина».

«Радиус хрупкости» – роман о подростковой изоляции, системной жестокости и той болезненной точке, где рождается настоящая близость и хрупкость становится силой.