Библиотека книг - Страница 8491

Они — сыновья борьбы. Борьбы за выживание. Борьбы против тех, кого поработили собственные же машины. Борьбы против тех, что пришли из иных миров, могущественные и чуждые, недоступные человеческому пониманию.

Они — сыновья Исхода, что рассеял массу землян по Тысяче Солнц, потомки тех, что бежали когда-то в глубины дальнего космоса. И нет им возврата на Землю... да и существует ли она еще, эта Земля?

И каждый из них — Феникс, ибо вновь и вновь возрождается в пламени войны, закаленный в горниле сражений и готовый опять противостоять опасности...

Злосчастная судьба забрасывает сирот Бодлер в ужасное, мрачное и абсолютно не подходящее для маленьких детей место — на лесопилку «Счастливые запахи», где за каждым бревном их подстерегают беды и напасти. Жевательная резинка вместо завтрака, громыхающие, смертельно опасные станки и загадочная оптиметрия — вот из чего теперь состоит жизнь бодлеровских сирот.

Солнечная Латрурия вздохнула с облегчением — отдал душу горячо любимой Тьме кровожадный король, с завидным упорством исповедовавший Зло. Но облегченный вздох быстро перешел в стон ужаса, ибо на престол взошел наследник, равно не признававший ни Зла, ни Добра. Судьба воззвала к магу — менестрелю Мэту Мэнтрелу, великому знатоку магии слова, облеченного в рифму. Он презирал любые опасности — особенно наветы поэтических критиков. А встречи на пути его ждали, одна чудовищнее другой: юноша, изводящий мир своейнесчастной любовью, клыкастый хам мантикор, злоехидный греческий призрак — и это еще не худшее!..

В свете ее именовали божественном Изабеллой.

В мире высокой моды – женщиной, которая носит корону успеха, как шляпу от парижского кутюрье. В любви она оказалась несчастнейшей из женщин. Попросту несчастнейшей Красивейшей Богатейшей. И – плачущей ночами в шелковые подушки Пока однажды не вошел в ее жизнь мужчина, который не называл ее ни божественной, ни изящной. Только – Изабеллецца, Изабелла прекрасная. Потому что даже богини имеют право на человеческое счастье.

«Редко соединялись в такой степени, в таком полном равновесии два трудно сочетаемых элемента: сочувствие к человечеству и артистическое чувство», — восхищался «Записками охотника» Ф.И. Тютчев. Цикл очерков «Записки охотника» в основном сложился за пять лет (1847—1852), но Тургенев продолжал работать над книгой. К двадцати двум ранним очеркам Тургенев в начале 1870-х годов добавил еще три. Еще около двух десятков сюжетов осталось в набросках, планах и свидетельствах современников.

Натуралистические описания жизни дореформенной России в «Записках охотника» перерастают в размышления о загадках русской души. Крестьянский мир прорастает в миф и размыкается в природу, которая оказывается необходимым фоном едва ли не каждого рассказа. Поэзия и проза, свет и тени переплетаются здесь в неповторимых, причудливых образах.

В этом романе любители историко-приключенческого жанра откроют для себя нового автора, современника Дюма-отца и Рафаэля Сабатини, незаслуженно забытого в наши дни. Увлекательное повествование перенесет вас во Францию XVI века, где Генрих Наваррский ведет борьбу за французский престол и использует для этого твердую руку, верное сердце и острую шпагу простого французского дворянина…

Любовная история в сочетании с динамичным детективным сюжетом. В результате герой обретает семейное счастье и немалые деньги. И все повествование пронизывает характерный для знаменитого автора неподражаемый английский юмор.