Попаданцы - Страница 606

Иван Петрович посвятил благородной науке штурма тридцать лет службы, и овладел ею в совершенстве. Сначала – на практике, а после того, как потерял ногу – в теории, обучая новобранцев. Теперь он умер и попал в чужое тело с чужой фамилией и полным набором конечностей. Вокруг горит, громыхает и тарахтит пулеметами Сталинград, а в руках – трехлинейка, которую он в прошлой жизни не взял бы и на спор.

Кто-то входит в дверь, потому что так принято, и умирает в проеме. Кто-то ставит пулемет в окно, потому что так положено, и умирает от прилетевшего не пойми откуда заряда картечи в упор.

Иван Петрович не меняет мир и не пишет письма в Ставку. Он просто знает о штурме всё.

Он погиб командиром корабля — и очнулся матросом второй статьи на тральщике под Севастополем, в ноябре сорок первого, за секунду до того, как мина подойдёт к борту. Двадцать лет на мостике, а руки чужие и содраны в кровь. Каждую ночь — мол, раненые, пулемёт с берега. Никакого знания будущего. Только ремесло, которое здесь нужнее пророчеств.

Примечания автора:

Книга пишется и выкладывается без редактора и корректора. Я вычитываю сам, а собственный глаз, как известно, замыливается быстрее всего.

Поэтому огромная просьба: если заметите опечатку, нестыковку, путаницу с именами, «телепортацию» героя из отсека в отсек или ошибку по матчасти — напишите мне в личные сообщения. Не в комментарии, чтобы не спойлерить остальным, а именно в личку.

Отдельно буду благодарен тем, кто разбирается во флоте и в обороне Севастополя. Матчасть я проверяю, но одно дело — проверять, другое — знать.

Всё присланное правлю, и правлю с удовольствием: каждая найденная вами мелочь делает книгу лучше для всех, кто откроет её после вас. Спасибо, что читаете.

Америка периода «сухого закона». Как здесь выжить молодому парню, бывшему спецназовцу, попавшему из будущего в Чикаго – город, вобравший все человеческие пороки? Смириться с выпавшими на его долю трудностями, или выпустить внутреннего зверя? Раз мир жесток и беспощаден, он станет таким же. И он стал тем, кто держит этот город в страхе.

Путь гангстера дал ему силу, деньги и власть, но забрал то, что делает человека человеком. Если раньше выражение «в Чикаго все можно купить или взять силой» он считал своим девизом, то теперь любовь к девушке и ребенок, которого они ждут, заставляют искать другой путь.

Попал в СССР 1991 года в тело начальника завода куда-то в Новосибирск.

В прошлой жизни я был инженером, но после нелепой смерти попал в тело выпускника школы Ромки Гончарова. Обычный троечник, не хватающий звезд с неба, из обычной семьи… если не считать всего остального.

Мир — не наш. Страна… вроде бы наша, но в ней правит царь. А от того, как я пройду Единое испытание, зависит вся грядущая жизнь.

Все, что у меня есть, — опыт инженера и загадочная система. С ней можно… почти все, если готов платить цену.

Август 2025 года. Опытный командир штурмовой группы погибает где-то на запорожском направлении. Приходит в себя в окопе под Одессой, в теле молодого красноармейца, в августе сорок первого.

Впереди — семьдесят три дня обороны города, который решил не сдаваться. Румынские дивизии давят с севера и запада, флот держит море, а посреди всего этого - человек, который знает, чем кончится эта война, но не знает, доживёт ли до утра.

Нынче мы ничего не расследуем, а только ищем.

Перестройка в СССР входит в неконтролируемую фазу. Появляются не только кооперативы, но и частные предприятия. Вражеские "голоса" уже не глушат, директоров предприятий теперь выбирают на собрании коллектива, а диссидентов выпускают из тюрем. Страна начинает бурлить и даже пениться что немного отвлекает от увеличивающихся очередей в магазины. Сашка решает, что немалые деньги, накопившиеся у него, нужно вложить в дело, но предпочитает оставаться "серым кардиналом"

Иногда для того, чтобы изменить будущее, недостаточно убить одну бабочку...

Виктора Ковалёва списали в сорок три года: три подписи, вежливый полковник, «вы своё отвоевали». А потом он очнулся в воронке под июльским небом сорок первого — двадцатитрёхлетним лейтенантом с двумя ногами и чужим круглым почерком с наклоном влево. Впереди четыре года работы, которую он умеет делать лучше всех вокруг.