Психология - Страница 40

Многие работы Зигмунда Фрейда были изданы в России еще в начале XX века. В восьмидесятые годы прошлого века, отвечая реальному социальному запросу, появились десятки переизданий и несколько новых переводов. Однако далеко не все работы переведены на русский язык, да и большинство из имеющихся переводов содержали ряд недостатков, связанных с недооценкой литературных достоинств произведений Фрейда, недостаточной проработанностью психоаналитического концептуального аппарата и неизбежными искажениями 'двойного перевода' с немецкого на английский, а затем на русский язык. С тех пор как Фрейд создал психоанализ, на его основе появилось множество новых теорий, но глубокое понимание их сути, содержания и новизны возможно только путем сопоставления с идеями его основоположника. Мы надеемся, что это издание - совместный труд переводчиков, психоаналитиков, филологов-германистов и специалистов по австрийской культуре конца XIX - начала XX вв. станет важным этапом в формировании современного психоанализа в России. Помимо комментариев и послесловия в этом издании имеется дополнительная нумерация, соответствующая немецкому и английскому изданиям, что существенно облегчает научную работу как тех, кто читает или переводит работы аналитиков, ссылающихся на Фрейда, так и тех, кто, цитируя Фрейда, хочет сверить русский перевод с оригиналом. Исходя из методических представлений, редакционный совет немного изменил порядок публикаций, и следующим выйдет биографический том собрания сочинений З.Фрейда.

 Прошу вас, не думайте, что я дал своему докладу столь зловещее название в приступе озорства. Я знаю, что многие люди ничего не желают слышать о смерти, быть может, есть такие и среди вас, и я ни в коем случае не хотел заманивать их на собрание, где им придется промучиться целый час. Кроме того, я мог бы изменить и вторую часть названия. Мой доклад мог бы называться не "Мы и смерть", а "Мы, евреи, и смерть", поскольку то отношение к смерти, о котором я хочу с вами поговорить, проявляем чаще всего и ярче всего именно мы, евреи.