Философия - Страница 47

В современном обществе доминирует идея индивидуализма, но одиночество при этом часто воспринимается как личный провал. Мы обнаруживаем в себе стремление одновременно и к свободе, и к близости, что наглядно показал опыт изоляции во время пандемии. В своих эссе немецкий писатель и журналист Даниэль Шрайбер всматривается в этот кажущийся парадокс, обращаясь к трудам философов (от Аристотеля и Мишеля Фуко до Ханны Арендт и Жиля Делеза), художественной литературе (от Джейн Остин до Анни Эрно), актуальным исследованиям практикующих психотерапевтов и даже к популярным ситкомам. И приходит к дарящей надежду мысли, что выстраивание иерархий из моделей жизни, возможно, – не самая удачная идея, и слову «одиночество» соответствуют не только темные тона.

Книга об исторически значимом диалоге между ведущими западными учеными и Далай Ламой XIV. Совместная конференция посвящалась трем ключевым состояниям — сну, сновидениям и смерти, которые были названы известным неврологом Франциско Дж. Варела «теневыми зонами эго». В конференции участвовали такие известные ученые, как философ Чарльз Тейлор, психоаналитик Джойс Макдугал, психолог Джейн Гакенбах, культуролог Джоан Халифакс и невролог Джером Энджел. Участники уникального обмена мнениями постоянно удивляют и восхищают нас своими находками сходства и различия между наукой и буддизмом. Книга-отчет об этом событии увлекательна и рассчитана на широкий круг читателей.

Главная тема исследования «Вода и грёзы» – влияние первородных стихий на наше бессознательное; поиск тех взаимосвязей, что роднят психическую жизнь человека с жизнью природы. Башляр, изучая широкие пласты философского и литературного наследия, ищет ответ на вопрос: «Мы ли воображаем окружающую нас материю или, как писал Тютчев, мы сами – лишь грёзы Природы?» В формате a4.pdf сохранен издательский макет книги.

Лев Николаевич Толстой, возможно, самый известный в мире русский писатель, вошел в историю литературы не только как творец бессмертных романов, повестей, рассказов, но и как философ, создатель собственного учения — толстовства. В настоящее издание вошли два важнейших религиозно-философских труда Л. Н. Толстого — «Исповедь» и «О жизни». Став итогом многолетних размышлений писателя о фундаментальных вопросах человеческого бытия — о смысле жизни, о смерти и бессмертии, о вере, о том, что есть Бог, — в свое время эти произведения были запрещены к публикации цензурой. Духовные искания Толстого простирались и на область эстетики. Бурную общественную реакцию вызвало появление в печати трактата «Что такое искусство?», в котором Толстой поставил задачу определить критерии подлинного искусства, освободившись от довлеющей культурной традиции и всевозможных стереотипов. Помимо трактата, в книге печатаются и другие работы Толстого о проблемах творчества. Содержание: 1. Исповедь 2. О жизни 3. Что такое искусство?

«Путешествие в окружающие миры животных и людей» (1934) и «Теория значения» (1940) — две революционные работы немецкого биолога и натурфилософа Якоба фон Икскюля (1864–1944). Их основные тезисы и введенное автором понятие «окружающего мира» (Umwelt) легли в основу биосемиотики.

По Икскюлю все живые существа обитают не в едином мире, а являются субъектами, вокруг которых формируются их собственные «окружающие миры». Автор с любопытством изучает особенности строения, места обитания и поведение клеща, моллюска, пса, каждый из которых воспринимает действительность по-своему. Икскюль признаёт ограниченность способности человека смотреть на мир глазами животных, но призывает проявить внимательность и проницательность, чтобы приоткрыть дверь в удивительные миры братьев наших меньших.

«Путешествие в окружающие миры…» и «Теория значения» стали важнейшими текстами для постгуманистической мысли, оказали влияние на идеи Хайдеггера, Мерло-Понти, Делёза и Гваттари и по сей день не теряют своей актуальности.

Книга знаменитого физика о современных подходах к изучению деятельности мозга, мыслительных процессов и пр. Излагаются основы математического аппарата — от классической теории (теорема Гёделя) до последних достижений, связанных с квантовыми вычислениями. Книга состоит из двух частей: в первой части обсуждается тезис о невычислимости сознания, во второй части рассматриваются вопросы физики и биологии, необходимые для понимания функционирования реального мозга.

Для широкого круга читателей, интересующихся наукой.

Первая оригинальная работа Ильина – «Понятия права и силы. Опыт методологического анализа» (1910) – посвящена, казалось бы, частному вопросу: можно ли в определенном отношении считать тождественными право и силу? Главный смысл работы Ильина заключается в демонстрации того, что право в его сущ ностном понимании не есть «реальность» в обычном смысле этого слова. Право есть внешнее выражение некоторых глубинных отношений между людьми, выходящих за пределы их существования в материальном мире. Утверждая, что в чисто юридическом и логическом плане право принципиально отличается от силы, главный признак которой – ее непосредственное осуществление в материальном мире, Ильин фактически утверждает, что право есть феномен, связанный с некоторой сверхэмпирической сферой, лишь опосредованно проявляющейся в реальности эмпирического мира, в отношениях сосуществующих правовых индивидов.

Книга содержит труды русского философа Николая Онуфриевича Лосского (1870-1965), созданные в эмиграции в зрелый период его творчества и впервые издающиеся у нас.

Автор предстаёт здесь не только как глубокий, оригинальный мыслитель, но и как талантливый популяризатор. Публикуемые работы всесторонне раскрывают особенности его мировоззрения – своеобразного варианта персоналистической философии – и его учения об интуитивном пути познания, включающем разные формы интуиции, в том числе и такую неоднозначно толкуемую её разновидность, как мистическая интуиция.

Издание рассчитано на тех, кого интересуют проблемы отечественной и мировой философии, теории религии и науки.

 

Дом в наши дни — не просто убежище, это нечто большее: пространство, которое вытесняет и заменяет мир, кокон, который делает прорыв наружу излишним. В наш дом можно доставить почти всё. Зачем тогда выходить и разоблачать себя? Подобно Обломову, так и не сумевшему встать с дивана навстречу жизни, станем ли мы угасшими вялыми существами?

Цель этого эссе — исследовать менталитет отказа от деятельной жизни, понять его философские корни и исторические контуры. Никогда еще напряжение между желанием странствовать и вкусом к уединению не было таким сильным. А принудительное заключение, настоящий кошмар последних лет, похоже, для многих сменилось добровольной самоизоляцией. Нам грозит не тирания здоровья, а тирания сидячего образа жизни: станут ли тапочки и халат его новыми атрибутами?